Maxim Andreev (engineerandreev) wrote,
Maxim Andreev
engineerandreev

Как я учился в Германии

Когда я учился на первом курсе, духовные скрепы русского мира были не так крепки, нежели сейчас. Бытовало расхожее мнение, что инженеры в России не нужны, поэтому в техническом ВУЗе нужно учиться либо ради корочки, которая была необходима для работы сисадмином в банке, либо ради того, чтобы уехать за границу и продаться там загнивающим капиталистам.
Сисадмином я работать не хотел, о жутком падении нравов на Западе по телевизору рассказать ещё не успели, поэтому выбор для меня был очевиден. Для того, чтобы отбросить вопросы о том, в какую страну я собирался эмигрировать, достаточно посмотреть на мои фотографии того времени...
Таким образом, со второго курса я вяло готовился к побегу в Германию и начал я с того, что пошёл на платные курсы немецкого в нашем университете. Как-то раз я предпринял попытку поехать на языковые курсы в Германию, но получил отказ, вероятно, из-за низкого среднего балла (4.31) по зачётке. Тогда я окончательно понял, что до тех пор, пока я не получу диплом, особо дёргаться бесполезно, т.к. на обучение в Германии имеют возможность безумные ботаники да дети главных патриотов России.
Всё изменилось, когда после олимпиады по гидравлике я внезапно попал в категорию безумных ботаников. Первым делом я пошёл в международный отдел и заявил, что хочу любой ценой поехать учиться в Германию. По поводу "любой цены" я, конечно же, погорячился, т.к. зарплаты в ОКБ Сухого едва хватало на обеды, а очереди из желающих оплачивать моё проживание в Германии не наблюдалось. А найти кого-то всё равно было нужно...
Казалось бы, кто может быть заинтересован в том, чтобы российские студенты обучались в ведущих мировых университетах, были в курсе последних веяний науки и приобщались к самым современным технологиям? Конечно же, этого могут хотеть только главные наши враги - западные страны. Чтобы Россия никогда не встала с колен, они создали множество стипендиальных фондов, которые оплачивают пребывание российских студентов за границей с целью обучения в ВУЗе от одного семестра до двух лет. Чтобы получить стипендию, кроме приемлемого знания языка нужно, во-первых, как-то отличиться в учёбе, а во-вторых доказать, что обучение за границей необходимо тебе для успешной карьеры в своей стране. Пришлось немного пофанатзировать и придумать себе мотив остаться в России после обучения в Германии (что выглядело сущим безумием), поломать голову как мне совместить немецкие и российские учебные планы, и документы были готовы.
Невероятно, но весной 2009-го года я получил подтверждение на обучение в течение семестра в Дрезденском техническом университете и на стипендию им. Георгиуса Агриколы в 450 евро в месяц (по сравнению со стипендией ERASMUS в 1000 евро, конечно, не густо, но тоже неплохо).
Свои впечатления от Германии я описывал в отдельном блоге, здесь же я постараюсь остановиться прежде всего на описании университета и учебного процесса.
Учебные корпуса Дрезденского технического университета (TUD) разбросаны на довольно большой площади и преимущественно разделены по факультетам, коих здесь множество. Дело в том, что в немецком понимании отличие технического университета от технического училища не в том, что в университете студента-технаря пичкают по полной всеми возможными гуманитарными предметами, а в том, что университет содержит множество факультетов, которые охватывают весь спектр современного научного знания. Здесь есть целый философский факультет (с выпускающими кафедрами истории, католической/протестантской теологии, истории и др.), юридический, экономический и другие выпускающие гуманитарные факультеты; но наибольший выбор представлен в области технических наук, что и даёт право университету именоваться техническим.
Если продолжать мысль про различия в восприятии, можно открыть немецкую википедию и узнать, что университет - это сообщество обучающих и обучающихся. Сообщество не подразумевает обособленных преподавательских залов в столовых, преподавательских лифтов и туалетов. Преподаватели, безумно рискуя, вынуждены кушать вместе с теми, кому они 5 минут назад преподавали. Более того, в столовой студентам здесь запросто продают пиво, и никому не приходит в голову, что они могут ужираться им вместо лекций.
К собственной безопасности в университете вообще подходят очень халатно. На курсах немецкого языка преподавательница как-то раз, пытаясь нас удивить, рассказала, что во времена ГДР у входа в университет сидел специальный человек, который выборочно мог проверить у кого-нибудь пропуск и ему за это ещё и платили деньги. Удивились все, кроме русских. Я промолчал и не стал шокировать людей тем, что у нас таких человек по двое на каждую дверь, проблемой выборочных проверок они себя не озадачивают, а платят деньги им за борьбу со студентами, забывшими пропуск, да ещё за то, чтобы в университет никто не принёс ни одной полезной для дела железячки.

Одним словом, университет в Германии - территория свободы со всеми её плюсами и минусами. Здесь никто не будет отмечать вашу посещаемость, ругать на смотрах за неуспеваемость и тем более звонить родителям. Можешь сдать экзамен, не сходив ни на одну лекцию - респект. Не можешь - тоже не беда, можешь сделать это через год или через два, как тебе больше нравится. Можешь попробовать списать, но в этом случае нужно помнить, что скрываться надо не только от преподавателей, но и от своих же одногруппников. Конечно, многим русским это сложно понять. Так же сложно, как немцам понять - как можно выбирать себе ректора-плагиатора. У всех свои странности.
Ладно, пора написать и чего-то плохое про Германию) В университете экономят не только на бабушках-охранницах, но и на гардеробщицах! В аудиториях бывают предусмотрены крючки, которых вечно не хватает, и студенты кладут куртки прямо на пол.
Кроме того, проблем хватает и в системе образования. На кафедрах работают преимущественно молодые научные сотрудники по типу наших аспирантов, основная задача которых - работа по коммерческим заказам на научную работу, второстепенная - написание диссертации, ну и в свободное время они занимаются преподаванием. При этом, после защиты диссертации мало кто задерживается в университете, т.к. работа в промышленности гораздо лучше оплачивается.
Финансируются кафедры процентов на 75 различными фирмами, которые в первую очередь заинтересованы в научных разработках, а не в обучении студентов. Государство вкладывает деньги точно так же в научные разработки, но в более фундаментальные. На студентов остаётся то, что остаётся. Например, на кафедре гидравлической техники, на которой я работал, из семи научно-исследовательских стендов лишь один предназначен для студентов, да и тот по удобству отстаёт от тех, что есть у нас на кафедре ещё с конца 80-х годов.
x_cc6e305e.jpg
Хотя, история появления этого стенда на кафедре довольно наглядна. Мой бывший научный руководитель примерно пересказал телефонный разговор с фирмой, у которой они купили этот стенд:
- Здравствуйте, нас интересует такой-то ваш стенд.
- Отлично, он стоит столько-то тыс. евро.
- Эммм... мы - кафедра университета и хотим его бесплатно...
- Минуту, мне нужно переговорить с начальством...
- Ок, мы отдадим его бесплатно!
Конечно, вся эта ситуация не может не сказаться на учебных курсах. Мне лично, курсы по моей специальности показались довольно поверхностными по сравнению с нашими. В курсе мобильной гидравлики речь шла больше о схемных решениях с объяснениями работы на пальцах без какого бы то ни было намёка на разбор реальных конструкций. В курсе лопастных гидромашин (к слову, гидроприводом и лопастными машинами занимаются не то что разные кафедры, а вообще кафедры с разных факультетов) упор больше делался на проектирование проточных частей, опять же практически игнорируя нюансы конструкции.
Зато курс механической обработки оказался мне совершенно не по зубам, т.к. читался он для студентов технологов старших курсов, да ещё и в 7:30 утра.
С курсом технологии связана отдельная история. Дело в том, что для приведения в соответствие моей немецкой и отечественной учебной программы, я должен был выполнить курсовой проект, заключающийся в разработке технологии изготовления какой-нибудь железяки. Первым делом я пошёл на кафедру механической обработки и попытался там объяснить в чём заключается курсовой проект в России и какого рода задание я хочу получить. Выяснилось, что под курсовой работой по обработке резанием в Германии понимается толмуд в несколько сотен листов, посвящённый преимущественно расчётам и оптимизации технологических процессов. За чертежами меня отправили на местную кафедру деталей машин. Там на меня тоже смотрели с широко раскрытыми глазами, когда я рассказывал про 5 листов А1, которые в конечном итоге я должен сделать. Но тут мне хотя бы удалось добыть чертёж эпицикла волнового редуктора, который я и взял за основу в своём курсовом проекте, ну а сам курсовой мне пришлось делать самостоятельно.
С неприятными отличиями в системах образования мне пришлось столкнуться при сдаче устного экзамена по лопастным гидромашинам. Был заранее известен список коротких вопросов по курсу и время, в которое нужно подойти на экзамен (для всех разное). На самом экзамене нет никакого времени на подготовку, тебя просто начинают спрашивать по порядку практически по всем вопросам. Т.к. это был курс лопастных гидромашин, в самом подходе не было ничего сложного (благо, не нужно много ума, чтобы разобраться как колесо от телеги крепится на двух подшипниках в улитке и барахтается в воде), но вот представление о содержании вопросов у меня и у экзаменаторов существенно различалось. В вопросе определения напора насоса я начинал выводить уравнение Эйлера, в то время как требовалось умножить теоретический напор на КПД, в вопросе определения подачи я начинал рассказывать как считать перетечки, в то время как, опять же нужно было рассказать про КПД, ну и так далее... В итоге, хоть я и старался говорить на немецком, сложилось полное ощущение, что общение ведётся на разных языках. В мои лингвистические проблемы преподаватель не поверил, и я получил не самый высокий балл (если мне не изменяет память, что-то около 2.7, при высшей оценке - 1.0), который примерное равен 4 с минусом в нашей системе оценок.
С остальными экзаменами всё прошло более гладко, т.к. они проводились в форме теста и таким образом, к концу немецкого семестра (который пришёлся на март месяц) я с большим энтузиазмом направился обратно в Россию навёрстывать упущенный месяц нового российского семестра.

Тут как-то выпал момент откуда у меня вдруг взялось слово "энтузиазм" в одном предложении с Россией. Придётся пояснить.
Дело в том, что когда я ехал в Германию, я конечно же был убеждён, что немцы хорошо живут, потому что они обладают какими-то особенным качествами, которые не позволяют им делать никакого дерьма. Конечно же, меня ждало разочарование. В первый же месяц в глаза бросались немцы, бросающие окурки на остановке, несмотря на то, что там есть урны, немцы, перебегающие дорогу на красный свет, немцы, которые вообще очень мало чем отличающиеся от русских по степени своего желания сделать дерьмо. Но тем не менее, конечно же, города у немцев гораздо красивее и чище чем в России, немцы делают действительно лучшую в мире машиностроительную продукцию, лучшие автомобили. А если люди, которые нисколько не превосходят нас ни в интеллекте, ни в порядочности добиваются на порядок большего, чем мы, значит дело может быть только в организации, в общественной системе, которой у нас нет, но которую, как мне тогда казалось, ничего не мешает создать.
Простой пример. В Германии я учился проектировать лопастные насосы в отличной немецкой программе CFTurbo. Когда в России наша кафедра занималась оптимизацией проточных частей лопастных насосов, был необходим удобный инструмент для очень быстрого профилирования рабочих колёс и отводов. Использование традиционных методик требовало чуть ли не месяц работы по каждой проточной части, что делало процесс оптимизации бесконечно растянутым во времени. Покупка этой программы практически спасла проект (к слову, о смысле финансирования студенческих стажировок со стороны немцев, стоимость этой программы многократно покрывала для немецкой экономики мою стипендию за весь семестр). Далее, специалисты нашей кафедры освоили метод профилирования, заложенный в этой программе и написали свою программу для проектирования подводов насосов (этой части в CFTurbo не было). И что вы думаете? Мы разбогатели на продаже аналогичной программы? Нет, в итоге, эта программа стала причиной судебного разбирательства со стороны заказчика, который таким образом переводил стрелки за проваленные им сроки. Вот и выходит, что в Германии заниматься интеллектуальной деятельностью выгодно, а в России, если и занимаешься этим, нужно всегда быть на чеку и лишний раз не высовываться. Хотя, казалось бы, чего нам мешает делать всё нормально?
С другой стороны, если в Германии я занимался тем, что должен был уменьшить время подвода формы термопластоавтомата на 0,1 секунды, в России я мог бы заниматься созданием хоть этого термопластоавтомата, хоть автомобиля, хоть трактора - всё равно в России ничего этого нет. Да, чиновники в этом не заинтересованы, да, этому всячески будут мешать, но ведь от этого всё становится только интереснее. В общем, обратно я возвращался с колонизаторским настроем и был полон желанием строить маленькую Германию в России.
О том, что меня ждало по приезде и о том, как я стал работать на кафедре - в следующих постах.

Tags: МГТУ им. Н.Э. Баумана, Моя история, студент, учёба в Германии
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments